По закону или "по понятиям": открытый ответ Александру Бабичеву
Вице-губернатор Саратовской области Александр Бабичев, не получив ответа на свое обращение в редакцию газеты "Время. События. Мнения. Тенденции", решил обратиться к главному редактору публично. Поводом для переписки стал материал Дмитрия Богатырева "Кабинет нарушителей", подготовленный на основании ответа прокуратуры Саратовской области на редакционный запрос.
Действительно, в редакцию поступило обращение Александра Бабичева. В нем содержалась просьба предоставить копию письма прокуратуры, на которое журналисты ссылались при подготовке публикации. Как следовало из обращения, этот документ требовался вице-губернатору для анализа ситуации и принятия необходимых мер со стороны регионального правительства.
Однако возникли вопросы и к форме самого обращения. В редакцию пришел не официальный документ с реквизитами, печатью и подписью, а плохо читаемый факс. Кроме того, традиционное открытое письмо обычно составляется в корректной и уважительной форме, с точным указанием имени и отчества адресата. Тем не менее редакция решила ответить по существу.
Уважаемый Александр Георгиевич!
Редакция действительно направляла в прокуратуру Саратовской области информационный запрос. Журналистов интересовало, какие представления и предписания об устранении нарушений законодательства надзорный орган направлял министерствам и ведомствам регионального правительства.
Ответ прокуратуры был получен в установленный законом срок. На основании представленных сведений редакция обобщила информацию и определила, какие направления деятельности находятся в сфере ответственности вице-губернатора и заместителей председателя правительства области. В статье было указано, в каких курируемых ими областях прокуратура выявляла нарушения законодательства.
При этом публикация не содержала утверждений о том, что лично вице-губернатор или заместители председателя правительства нарушили закон. Речь шла о работе подведомственных органов и о выявленных в их деятельности проблемах.
Насколько известно редакции, сами прокурорские представления и предписания направляются в правительство Саратовской области. Именно там они должны храниться и использоваться для служебного анализа. Поэтому требование предоставить редакции копию документа, который, по всей видимости, находится в распоряжении регионального правительства, выглядит не совсем адресным.
У редакции имеется ответ прокуратуры на информационный запрос. Самих предписаний об устранении нарушений надзорный орган журналистам не направлял. Следовательно, искать эти документы необходимо не в редакции, а в соответствующих структурах правительства области. Не исключено, что некоторые из них находятся непосредственно у руководителей, отвечающих за конкретные направления работы.
Для объективного анализа ситуации Александру Бабичеву логичнее ознакомиться именно с текстами прокурорских представлений. Письмо прокуратуры, направленное редакции, содержит обобщенный перечень выявленных нарушений, но не заменяет первичные документы и не включает их подробное содержание.
Тем более удивительно, что такой запрос поступил от человека с серьезным юридическим опытом. Александр Бабичев ранее возглавлял прокуратуру региона, имеет государственные награды и звание "Заслуженный юрист Российской Федерации". Подобный профессиональный статус предполагает хорошее знание порядка работы с документами и норм, регулирующих деятельность средств массовой информации.
Вместе с тем редакция не является органом прокуратуры, следствия или государственного контроля. Вице-губернатор не вправе требовать от редактора документы лишь на основании занимаемой должности. Закон о средствах массовой информации не устанавливает особого порядка, при котором правительство области могло бы направлять редакции обязательные требования о предоставлении материалов.
В данном случае следует учитывать положения статьи 42 закона "О средствах массовой информации", регулирующей вопросы авторских произведений и писем. Направленное в редакцию обращение нельзя считать обязательным к рассмотрению государственным поручением. По своему содержанию это письмо должностного лица.
Закон не возлагает на редакцию обязанность отвечать на каждое письмо гражданина или пересылать его в государственные органы и организации, к компетенции которых относится поставленный вопрос. Кроме того, никто не может обязать редакцию публиковать отклоненное письмо, произведение или иной материал, если такая обязанность прямо не предусмотрена законом.
Именно поэтому редакция имела законные основания не отвечать на первоначальное обращение. Публичный ответ был дан не из-за юридической обязанности, а для того, чтобы разъяснить читателям и заинтересованным лицам происхождение опубликованной информации.
Что именно следует различать
В этой ситуации важно отделять редакционный запрос от официального прокурорского представления. Запрос журналистов направляется для получения информации, имеющей общественное значение. Представление или предписание прокуратуры - это уже документ реагирования, адресованный конкретному государственному органу и содержащий требования по устранению нарушений.
Ответ на информационный запрос не передает редакции полномочия государственного органа и не превращает журналистов в хранителей всех материалов проверки. СМИ получают те сведения, которые предоставлены в рамках действующего законодательства и не относятся к информации ограниченного доступа.
Почему публикация не означает обвинения
Упоминание сферы, в которой выявлены нарушения, само по себе не означает предъявления обвинений руководителю, курирующему это направление. Ответственность за конкретные недостатки может быть распределена между разными должностными лицами и подразделениями. Для юридически корректных выводов необходимо изучать обстоятельства каждого случая, содержание документов и действия ответственных работников.
Именно поэтому в статье были обозначены зоны ответственности, а не сделан вывод о личной виновности членов правительства области. Такая подача соответствует принципам журналистской работы: сообщать общественно значимые факты, не подменяя расследование суда и не вынося обвинительный приговор.
Как должна строиться конструктивная реакция
Если региональное правительство считает опубликованные сведения неполными или неточными, оно может направить в редакцию официальное письмо с конкретными замечаниями, документальными подтверждениями и просьбой опубликовать опровержение либо комментарий. Такой порядок позволяет вести профессиональный диалог и дает возможность читателям ознакомиться с позициями обеих сторон.
При этом требование предоставить внутреннюю переписку прокуратуры или материалы, которых у редакции нет, не решает проблему. Гораздо эффективнее запросить документы у органа, который их получил и обязан хранить, а затем представить общественности фактические данные.
Открытость и ответственность
Публичный конфликт между чиновниками и журналистами не должен сводиться к спору о форме письма. Главный вопрос заключается в том, были ли выявлены нарушения, какие меры приняты для их устранения и кто отвечает за результат. Чем прозрачнее государственные структуры отвечают на эти вопросы, тем меньше оснований для недоверия и различных толкований.
Редакция готова рассматривать официальные комментарии и документы, относящиеся к опубликованной теме. Но журналистское издание не может заменять собой государственный архив, прокуратуру или внутреннюю систему контроля правительства.
В завершение остается напомнить старую китайскую мудрость: не стоит искать черную кошку в темной комнате, особенно если ее там нет. В данном случае первоочередная задача - найти не виноватых среди журналистов, а сами документы, установить факты и обеспечить устранение нарушений.
С уважением,
главный редактор газеты
"Время. События. Мнения. Тенденции"
П. Н. Красильников.
