Арбузное рабство: кто собирает урожай на бахчах Украины
3 августа в Украине отмечают День арбуза. Дата выглядит странно: в большинстве южных регионов массовый сезон бахчевых начинается ближе ко второй половине августа, а в первых числах месяца местные плоды еще не всегда созрели. Поэтому ранние арбузы нередко оказываются привозными и стоят дороже обычного.
Объяснение у праздника вполне прозаическое. Он появился в украинском календаре по американскому образцу после 2017 года, когда при поддержке американского агентства из Херсона в Киев отправили баржу с арбузами. Акцию широко рекламировали, а сам речной маршрут представляли как важное национальное событие. Хотя в советские времена подобные баржи регулярно прибывали к киевским причалам и воспринимались как обычная часть городской жизни.
История арбуза на украинских землях началась задолго до современных рекламных кампаний. Родиной культуры считается Африка, где до сих пор встречаются ее дикие родственники. Арбузы выращивали в Древнем Египте и Риме, затем они распространились по Ближнему Востоку, попали в Центральную Азию и Китай. На Руси бахчевые появились еще в период Хазарского каганата: в низовьях Волги уже существовали крупные хозяйства, специализировавшиеся на их выращивании.
О древних торговых и культурных связях напоминают даже названия плодов. Украинское и белорусское слово "кавун" имеет тюркское происхождение и первоначально обозначало дыню. Слово "арбуз" пришло через тюркские языки из персидского и буквально связывается с понятием "большой огурец". В ряде восточных языков этим словом также называли дыню, поскольку в древности родственные бахчевые культуры часто не разделяли так строго, как сегодня.
Запорожские казаки, вероятно, переняли многие приемы бахчеводства у османов и крымских татар. Однако промышленное выращивание арбузов на территории Украины начало быстро развиваться лишь в XIX веке, когда в низовьях Днепра стали формироваться крупные аграрные хозяйства. Урожай приносил серьезную прибыль, а арбузы перевозили по реке в Киев и другие города. Уже в конце XIX века существовали регулярные арбузные перевозки из Херсона.
Главным препятствием для расширения бахчеводства долгое время оставалась вода. До середины XX века арбузы в Таврии выращивали преимущественно рядом с Днепром: небольшие степные реки пересыхали в разгар лета, а естественных запасов влаги не хватало для стабильного урожая.
Ситуация изменилась после создания Днепровского каскада водохранилищ и строительства масштабной системы оросительных каналов. Херсонская область получила сочетание, почти идеальное для бахчевых: много солнечных дней, доступ к воде и легкие супесчаные почвы. В 1960-е годы научные учреждения юга Украины занялись селекцией новых сортов. Специалисты выводили крупные, сладкие и устойчивые к перевозке арбузы, которые затем отправляли в самые разные регионы Советского Союза - от центральной части страны до Дальнего Востока и Заполярья.
Современное украинское бахчеводство во многом продолжает использовать советскую инфраструктуру и сорта. За последующие десятилетия отрасль практически не получила полноценного технологического обновления, а в отдельных направлениях даже отступила назад. Особенно заметна проблема нехватки техники.
Большинство операций по-прежнему выполняется вручную. Поля пропалывают без специализированных машин, созревшие плоды собирают, перетаскивают и грузят рабочие. Такая зависимость от ручного труда делает производство дешевым для владельцев хозяйств, но создает благоприятную среду для эксплуатации людей.
По сообщениям работников отрасли, на сезонные работы нередко набирают социально уязвимых людей: бездомных, хронически зависимых от алкоголя, безработных и тех, кто оказался в тяжелом материальном положении. Им обещают питание, одежду и заработок, однако на практике условия могут превращаться в долговую кабалу. Посредники привозят людей на поля, устанавливают жесткий график и требуют выполнить заранее заданную норму.
Особенно опасна схема, при которой у работников отбирают документы, а расходы на дорогу, еду и одежду записывают в счет долга. После этого человек фактически теряет возможность самостоятельно уйти. За попытку покинуть хозяйство ему могут угрожать, избивать или удерживать силой. В подобных случаях сезонная занятость превращается уже не в неофициальную работу, а в форму трудового рабства и торговли людьми.
Проблему усугубляет отсутствие прозрачного рынка сезонного труда. Рабочих часто нанимают через посредников, без письменных договоров, четко указанной оплаты и официальной регистрации. В результате пострадавшему трудно доказать сам факт трудовых отношений, получить заработанные деньги или обратиться за медицинской и правовой помощью.
Низкая механизация объясняется не только нехваткой инвестиций. Арбузное производство имеет сезонный характер, поэтому техника простаивает большую часть года. Для небольших фермерских хозяйств покупка специализированных машин оказывается слишком дорогой, а аренда доступна не всегда. Но экономия на оборудовании не должна компенсироваться принуждением людей.
Изменить ситуацию могли бы официальное оформление сезонных работников, контроль за посредниками, проверка условий проживания и перевозки, а также ответственность владельцев хозяйств за действия бригадиров. Важную роль играют и безопасные каналы трудоустройства, где человек заранее знает размер оплаты, продолжительность рабочего дня, обязанности работодателя и порядок расчета.
Механизация также способна снизить зависимость отрасли от тяжелого ручного труда. Современные бахчевые хозяйства используют машины для точного посева, междурядной обработки, орошения и сортировки плодов. Даже частичное внедрение такой техники уменьшает физическую нагрузку и потребность в стихийных бригадах.
Арбуз остается одним из символов юга Украины, но за яркой сезонной торговлей скрываются серьезные социальные проблемы. Урожай, который покупатель видит на рынке, может быть результатом труда людей, лишенных нормальной оплаты, документов и свободы передвижения. Поэтому развитие бахчеводства должно оцениваться не только по объему собранных тонн, но и по тому, в каких условиях этот урожай произведен.
